Эротика онлайн
Эротика
Сейчас смотрят
Популярная эротика
Интересное
Одноклассница
Эротические рассказы
Брак мой оказался безуспешен. Мы с супругой живо надоедали друг другу. Вероятно, из-за того, что у меня не хватило, мужества предложить ей ту единственную, страдательную роль, в которой я грезил бы узреть свою любимую даму, даму, супругу - полуобнаженную, распростертую на лавке, извивающуюся под лозой. Мое воображение прокручивает опять и опять, как ленту любимого кинофильма, один и тот же классный эпизод, с которым ничто не может сравниться по силе действия. И я не знаю, то ли это счастье, то ли катастрофа, что я в детстве подсмотрел не предназначавшееся для моих глаз зрелище. Мы жили тогда в Красноярске, я обучался в средней школе, прогуливался в девятый класс и практически открыто был влюблен в свою одноклассницу Надю - застенчивую темноволосую даму с длинноватой, до пояса, косой. Она была высочайшей, стройной, благовидной. Вообщем, всем влюбленным их дамы сердца постоянно кажутся идеалом. Не был исключением и я. Надя была женщиной дисциплинированной, вежливой, воспитанной. Беседовала она негромко, слегка потупив взгляд. Обучалась превосходно, на 4-5. Тройки получала чрезвычайно изредка, но ежели такое несчастье с ней приключалось - переживала так, что на ней личика не было. И вот единожды, когда нам пораздавали опосля проверки контрольные работы, Надя, не стыдясь нас, собственных одноклассников, звучно разрыдалась - у нее стояла пара. - Надьку сейчас драть будут дома. Желаешь поглядеть?- толкнув меня локтем в бок, шепнул в самое ухо сосед по парте. Он знал, что я к Наде неравнодушен. - А ты откуда знаешь?- дрогнул я. - Уж знаю!.. Ее нередко дерут - не разов видел. У нее отец -У-у-ух какой взыскательный!Ежели Надька 3 получила - означает, наверное вечерком будет порка. А уж за 2 ей сейчас кожу спустят. Мы договорившись с соседом встретиться вечерком, когда стемнеет, чтоб позже пробраться к Надиному дому и занять бдительную позицию. Чуть придя домой, я расписал родителям, какой сейчас занимательный кинофильм следует в кинозале и как мне охото его узреть. Мать отдала средства на билет и разрешила пойти на вечерний сеанс. Так я сумел уйти вечерком из дома. Мы встретились с ином, когда на улице было теснее мрачно, пламенели редкие фонари, в домах светились окна. Надя жила за несколько кварталов от нас. Ее семья занимала половину великого древесного дома. Собаки во дворе не было. Мы тихонько проскользнули во двор и осмотрительно заглянули в окна. Занавесок не было - ведь окна выходили во двор, а не на улицу, и собственники не видели необходимости бояться чьих-то чужих взоров. Пожалуй, мы пришли очень рано: вся семья - отец, мама, бабушка, Надя, ее младшие брат и сестра - посиживали за столом и ужинали.. Дискуссий нам не было слышно, да, по-видимому, их за пищей и не было: все посиживали тихие, сосредоточенные. На улице было холодно, дул пронизывающий ветер, мы живо окоченели, а ожидаемое зрелище все не начиналось. Опосля ужина дамы убирали со стола, отнесли в кухню и, явно, вымыли там посуду и только потом, нераньше чем через час, все опять собрались в великий комнате. Надю поставили в центре. Она стояла, опустив низко голову и потупив взгляд, а отец прогуливался взад-вперед и читал ей нотацию. Минут через 10, когда воспитательная речь закончилась, на сцене произошла смена декораций: мама перенесла от стенки на середину комнаты великую древесную скамью, бабушка куда-то у шла и через минутку возвратилась, неся высшую тесную бадью, в которой мокли длинноватые, толстые розги. Отец избрал пригодный прут, пробовал его, взмахнув несколько разов в воздухе и, по-видимому, остался доволен. Лоза была не наименее м. в длину и шириной в мизинец. От 1-го ее вида у меня по спине поползли мурашки. Что же в этот момент испытывала Надя?! Ведь предвкушение
наказания ужаснее самой порки!Мы узрели, как дрожащими, не подчиняющимися руками Надя спустила до колен рейтузы и штаны, забавно путаясь в их, добрела до скамьи, высоко задрала платьице и легла на скамью на животик, подложив ладошки под голову. Мама привязала одним полотенцем Надины ноги к скамье около щиколоток, иным - ее туловище чуток ниже подмышек. Мы непревзойденно видели белую нагую попку, чуток подрагивающую от ужаса, удивительные, искусительные нагие девичьи ноги и поясницу. У меня перехватило дыхание от увиденного, а в паху приятно пощекотало. Тем временем отец комфортно встал сбоку, обширно размахнулся и со всей силы стукнул Надю лозой. Нам, за окном, не было слышно, вопила ли она. Наверняка, вопила. И сильно - поэтому что мы видели, как резко, невзирая на путы, дернулось ее тело, как вспухла на белых булочках девчоночьих ягодичек кроваво-красная полоса. Отец сек Надю не спеша, с оттяжкой. Рубцы ровно ложились один к одному. Надя извивалась под лозой так, как извивается дама в экстазе. Я глядел во все глаза и увиденное намертво запечатлевалось в моей памяти. Мой мальчик в брюках давным издавна пробудился, до боли налился кровью и поминутно взбрыкивал. Наказание дошло лишь до половины, когда я не выдержал, спустил, и по всему телу разлилась приятная истома. О, какое священное удовольствие я испытал!Мне не хватало лишь того, что нельзя было вбежать в комнату, опуститься перед скамьей на колени, прижаться губками к иссеченному Надиному заду и целовать, целовать без конца красные, пламенеющие огнем рубцы. Мой друг был прав - Надю наказали чрезвычайно грозно, отец вправду спустил ей кожу: она получила неменее сотки розог, и ягодицы, и поясница, и верхняя часть бедер были иссечены в кровь. Я и поразмыслить не мог, что моих одноклассниц так взыскательно наказывают предки. Когда порка закончилась, мама подошла, вытерла тряпочкой кровь, отвязала Надю, она сама поправила одежду, опосля чего же скамью поставили на место, убрали бадью с лозами и все ушли в иную комнату. Скоро в доме выключили свет. Мы, потрясенные увиденным, молча разошлись по домам. Данной ночкой я дремал неспокойно. Опять и опять мне снились одни и те же сны - во всех вариантах варьировалась увиденная Надина порка. При этом я чувствовал себя не за окном, а в роли Надиного отца. И эта смена ролей была еще наиболее возбуждающей - я не выискал себе; места в кровати, на меня волнами, один за иным накатывали оргазмы. Днем трусы были влажными и липкими, а половой член недомогал, как опосля тяжеленной работы. В классе Надя водила себя как ни в чем не посещало. Ни словом, ни жестом она не подавала виду, что вчера ее жестоко высекли. А я, чуть бросив на нее взор, сходу же в мелких подробностях вспоминал все, чему накануне стал очевидцем. Позже увиденная сцена порки закончила быть докучливой, но ее сменили сны и фантазии, в которых событие желая и развертывалось по-другому, с иными действующими личиками, но непременно кульминировало таковым эпизодом, когда я сек свою возлюбленную. Моя 1-ая школьная любовь, как это нередко посещает в жизни, растаяла, будто дым, чуть мы вышли за порог школы. Я не стал добиваться Надиной руки, ощущая, что мне обязательно захочется ее сечь, ежели мы поженимся. Скоро она вышла замуж за иного и я ее больше не видел - лишь в снах, которые продолжают мне сниться. Мысля, что иная дама вытеснит из памяти сладострастно-кровавый образ, я женился на подруге из института. Она не знала о снедающем меня желании, а я в первую же брачную ночь с страхом удостоверился, что могу проявить мужские свойства только тогда, когда придумываю свою супругу лежащей связанной на скамье, с оголенным, исполосованным лозами задом. Мы расстались, когда я ощутил, что фантазии закончили меня удовлетворять, а на реализацию их в реальности не хватало мужества испросить у супруги согласия: я не желал, чтоб она сочла меня зверьком, садистом, ненормальным.
наказания ужаснее самой порки!Мы узрели, как дрожащими, не подчиняющимися руками Надя спустила до колен рейтузы и штаны, забавно путаясь в их, добрела до скамьи, высоко задрала платьице и легла на скамью на животик, подложив ладошки под голову. Мама привязала одним полотенцем Надины ноги к скамье около щиколоток, иным - ее туловище чуток ниже подмышек. Мы непревзойденно видели белую нагую попку, чуток подрагивающую от ужаса, удивительные, искусительные нагие девичьи ноги и поясницу. У меня перехватило дыхание от увиденного, а в паху приятно пощекотало. Тем временем отец комфортно встал сбоку, обширно размахнулся и со всей силы стукнул Надю лозой. Нам, за окном, не было слышно, вопила ли она. Наверняка, вопила. И сильно - поэтому что мы видели, как резко, невзирая на путы, дернулось ее тело, как вспухла на белых булочках девчоночьих ягодичек кроваво-красная полоса. Отец сек Надю не спеша, с оттяжкой. Рубцы ровно ложились один к одному. Надя извивалась под лозой так, как извивается дама в экстазе. Я глядел во все глаза и увиденное намертво запечатлевалось в моей памяти. Мой мальчик в брюках давным издавна пробудился, до боли налился кровью и поминутно взбрыкивал. Наказание дошло лишь до половины, когда я не выдержал, спустил, и по всему телу разлилась приятная истома. О, какое священное удовольствие я испытал!Мне не хватало лишь того, что нельзя было вбежать в комнату, опуститься перед скамьей на колени, прижаться губками к иссеченному Надиному заду и целовать, целовать без конца красные, пламенеющие огнем рубцы. Мой друг был прав - Надю наказали чрезвычайно грозно, отец вправду спустил ей кожу: она получила неменее сотки розог, и ягодицы, и поясница, и верхняя часть бедер были иссечены в кровь. Я и поразмыслить не мог, что моих одноклассниц так взыскательно наказывают предки. Когда порка закончилась, мама подошла, вытерла тряпочкой кровь, отвязала Надю, она сама поправила одежду, опосля чего же скамью поставили на место, убрали бадью с лозами и все ушли в иную комнату. Скоро в доме выключили свет. Мы, потрясенные увиденным, молча разошлись по домам. Данной ночкой я дремал неспокойно. Опять и опять мне снились одни и те же сны - во всех вариантах варьировалась увиденная Надина порка. При этом я чувствовал себя не за окном, а в роли Надиного отца. И эта смена ролей была еще наиболее возбуждающей - я не выискал себе; места в кровати, на меня волнами, один за иным накатывали оргазмы. Днем трусы были влажными и липкими, а половой член недомогал, как опосля тяжеленной работы. В классе Надя водила себя как ни в чем не посещало. Ни словом, ни жестом она не подавала виду, что вчера ее жестоко высекли. А я, чуть бросив на нее взор, сходу же в мелких подробностях вспоминал все, чему накануне стал очевидцем. Позже увиденная сцена порки закончила быть докучливой, но ее сменили сны и фантазии, в которых событие желая и развертывалось по-другому, с иными действующими личиками, но непременно кульминировало таковым эпизодом, когда я сек свою возлюбленную. Моя 1-ая школьная любовь, как это нередко посещает в жизни, растаяла, будто дым, чуть мы вышли за порог школы. Я не стал добиваться Надиной руки, ощущая, что мне обязательно захочется ее сечь, ежели мы поженимся. Скоро она вышла замуж за иного и я ее больше не видел - лишь в снах, которые продолжают мне сниться. Мысля, что иная дама вытеснит из памяти сладострастно-кровавый образ, я женился на подруге из института. Она не знала о снедающем меня желании, а я в первую же брачную ночь с страхом удостоверился, что могу проявить мужские свойства только тогда, когда придумываю свою супругу лежащей связанной на скамье, с оголенным, исполосованным лозами задом. Мы расстались, когда я ощутил, что фантазии закончили меня удовлетворять, а на реализацию их в реальности не хватало мужества испросить у супруги согласия: я не желал, чтоб она сочла меня зверьком, садистом, ненормальным.
Сейчас вы просматриваете Одноклассница. Если Вы обнурижили какое-либо не соответсвие в Одноклассница, то нам об этом.